*В 1973-м американец Оуэн Гэрриотт взял на станцию "Скайлэб" диктофон, на который его жена наговорила авансом несколько хорошо рассчитанных фраз. Когда в один из дней оператор вышел на связь с орбитальной станцией, Гарриотт этот диктофон включил.
Между станцией и Центром управления состоялся следующий диалог:
— "Скайлэб", это Хьюстон, ответьте.
— Здравствуйте, Хьюстон, — бодрым женским голосом отозвалась станция. — Это "Скайлэб".
Земля после секундного колебания поинтересовалась:
— Кто говорит?
— Привет, Боб, — отозвалась станция. — Это Хелен, жена Оуэна.
Боб несколько секунд переваривал ответ, а затем с трудом выдавил:
— Что ты там делаешь?
— Да я тут решила зайти, принесла ребятам поесть. Не беспокойтесь, всё свеженькое, — ответили с орбиты.
Центр управления молчал около минуты, а затем отключился. Видимо, у офицера связи сдали нервы.

*Экипажу Романенко-Гречко удалось пронести на борт фляжку коньяка. По глоточку иногда на сон грядущий... Но смогли выпить только половину фляги. Остальное просто не получалось вылить: жидкость имеет такой же нулевой вес, как и воздух, поэтому не выливается. А если ее выдавливать, то она только смешиваются с воздухом в пену (а соломинки-трубочки, нет).

Поэтому полфляги пришлось оставить. Каково же было удивление экипажа, когда следующие космонавты вернулись на Землю и сказали, что допили коньяк! Как?!!
Оказалось, они придумали способ. Один поднимался под потолок и брал флягу губами, а второй бил его по голове. Первый опускался вниз, а жидкость по инерции выливалась к нему в рот. Потом менялись местами. Как они сказали, "кроме высшего образования нужно иметь еще и хотя бы среднее соображение".

*Однажды скучающий оператор решил подколоть экипаж станции МИР и после заслушивания отчета и сообщения очередных поправок к плану работ, добавил:
— И ещё. Телеметрия нам не нравится, проветрите-ка станцию.
Экипаж, понятно, ошалел.
Следует вопрос: - А как проветрить?
— Ну, иллюминатор просто откройте, минут на 10.
Космонавты начинают думать, что на Земле все свихнулись и возвращаться, видимо, уже не стоит. Потом соображают, что имела место шутка. Надо бы ответить...
Наступает следующий сеанс связи (в ЦУПе в это время уже раннее утро), как на грех заявляется проверяющая комиссия. Стоят, слушают отчет экипажа:
— То-то и это выполнено по графику... выполнено... отложено согласно... самочувствие отличное... Станцию проветрили.
Глаза у комиссии лезут на лоб, оператор (уже новый) с трудом удерживается на стуле.
— Что, простите, проветрили?
— Станцию! Согласно дополнению к заданию, полученному на прошлом сеансе.
— П-п-проветрили станцию? К-к-как???
— Открыли иллюминатор. На 10 минут. Согласно полученному распоряжению.
Теперь уже мрачно опухли в ЦУПе. Поскрипев мозгами, поняли, что ничего не поняли. ЦУП отрапортовал отбой и... начался дикий шухер.
Разумеется, всё потом разрулили. Что стало с шутником-оператором, история умалчивает, а вот экипажу по возвращении вставили а-а-агромного размера клизму. Как сказал главный конструктор, «За несвоевременные шутки при отягчающих обстоятельствах».

*Имел место и шухер, когда космонавты на "Мире" системой верёвочек приготовили скафандр и во время телесеанса с Землёй его задействовали. ЦУП увидел, как за спиной двоих вдруг откуда-то появляется кто-то третий, в скафандре неловко протискивается, машет рукой. Кто?! Откуда?! Как?!
Добил командир, который, оглянувшись через плечо, устало так кинул:
— А-а-а, это ты... Ну, проходи...


Прислал: Первонах

Похожие записи: